1 Июля 2016

Интервью

Наталия Сурнина: «Мое хобби счастливо совмещается с работой»

27 июня в Пермском театре оперы и балета состоялась церемония вручения российской премии для молодых музыкальных критиков «Резонанс». В этом году премия I степени за лучший критический текст не была вручена, лауреатами II и III степени стали Наталия Сурнина и Ая Макарова.

Яна Фоменко из пресс-службы Дягилевского фестиваля встретилась с Наталией Сурниной и узнала, как становятся музыкальными критиками, а также о творческих ориентирах и планах лауреата.


Фото Антона Завьялова

— Вчера ваше имя прозвучало в числе лауреатов «Резонанса-2016». Поделитесь своими эмоциями, насколько эта награда была для вас ожидаема?

— Эмоции были такими сильными, что я забыла половину речи, которую каждый, как мне кажется, – на всякий случай – готовит. Для меня важно было получить премию именно здесь, на сцене Пермского театра, потому что я училась в Перми, с этим театром связано очень многое в моей жизни. Я буквально выросла на спектаклях Пермского оперного и уверена, что именно благодаря ему решила связать свою жизнь с музыкальным театром. Вчера, уже на церемонии, я вспомнила, что именно тут мне впервые сказали, что надо писать об опере. Шла «Оперная Пушкиниана», мы с подругой возвращались домой после «Скупого рыцаря» и обсуждали спектакль, я поделилась своими мыслями, она слушала, а потом воскликнула: «О, тебе надо написать про это!» Поэтому выйти на сцену горячо любимого театра в качестве музыкального критика было очень волнительно и радостно.

— Что вы думаете по поводу того, что первую премию жюри никому не присудило? Знакомы ли вы с работами других критиков, принимающих участие в «Резонансе»?

— Да, я читала тексты всех, кто был в шорт-листе, знаю работы некоторых авторов из лонг-листа. То, что первую премию не вручили, отражает мнение жюри о нынешней ситуации в музыкальной критике. Если тем самым они хотели подчеркнуть то, о чем говорили на круглом столе – что в целом уровень работ был очень низким, ну, за некоторым исключением, как они подчеркнули (улыбается), – то это, наверное, справедливо. Я хорошо знаю с профессиональной точки зрения тех, кто входит в состав жюри, и у меня нет абсолютно никаких сомнений в их компетенции. Более того, я прекрасно знаю лауреата I степени прошлого года, Ярослава Тимофеева – это действительно замечательный журналист, и я согласна, что за этот год, видимо, нового Тимофеева у нас не появилось. Что касается работ других номинантов, то материалы Аи, получившей III премию, совершенно замечательные. И в этом смысле мнение жюри является в высшей степени достойным уважения и благодарности.

— Почему вы написали текст именно о постановке «Огненного ангела»?

— Чуть больше года назад в Берлине я была на премьере оперы Шенберга «Моисей и Аарон», которую делала та же команда: главный режиссер Комише опер Барри Коски и дирижер Владимир Юровский. Спектакль настолько меня потряс, что когда я узнала, что они вместе ставят в Мюнхене «Огненного ангела» Прокофьева – одну из моих любимых опер, – то сразу же решила, что поеду. Эта опера очень сложна как для режиссера, так и для дирижера, но я хорошо себе представляла, на что способны и Коски, и Юровский, поэтому ожидала от спектакля чего-то фантастического. Ну а дальше был вариант либо купить билет в театр, либо аккредитоваться. Я аккредитовалась, надо было писать текст, но, к счастью, об этом спектакле мне было что сказать.

— Чем вы занимаетесь в свободное время?

— Моя основная работа связана с Камерным музыкальным театром имени Покровского в Москве, я там возглавляю литературную часть и пресс-службу, то есть совмещаю работу фактически на двух ставках. Кроме того, стараюсь посещать театральные премьеры и концерты. В Москве такая бурная жизнь, что даже если ходить только на то, что тебе действительно интересно, расписание оказывается полностью забитым. Мое хобби очень счастливо совмещается с работой.

— Какие воспоминания у вас связаны с Пермью? Вы учились здесь?

— С этим городом у меня связаны самые теплые воспоминания. Я училась в Пермском музыкальном училище, тогда был сильный историко-теоретический факультет, поступали по конкурсу. Сегодня я встречалась с педагогами, они говорят, что, к сожалению, сейчас не только конкурса нет – на курсе учится по полтора человека… А тогда учились сильные ребята. А я с первого курса практически каждый день бегала в оперный театр, буквально жила там, пересмотрела весь репертуар по сто раз.

— Как вы решились переехать в другой город?

— В Пермь я тоже переехала: родилась я в Воткинске, на родине Чайковского, и, побывав однажды в Перми, решила, что хочу учиться именно здесь. А к концу учебы поняла, что нужно идти дальше.

— Как часто вам удается посещать Пермскую оперу? Были ли вы на таких крупных премьерах, как «Травиата» или «Тристия»?

— К сожалению, на этих премьерах я не была. Дело в том, что у нас в театре на днях премьера оперы Штрауса «Ариадна на Наксосе», и если бы не премия, я бы в этом году на фестиваль не вырвалась. Но благодаря номинации меня отпустили. Конечно, я очень хотела посмотреть «Травиату», но теперь надеюсь увидеть ее в кинотеатре, потому что люблю Уилсона, его работы меня восхищают, и я не сомневаюсь, что пермская «Травиата» – во всех отношениях великолепный спектакль.

— В дальнейшем у вас есть какие-то планы по написанию критических статей, в том числе о фестивале?

— Бросать это дело я пока не собираюсь. Буду ли писать о Фестивале, пока сказать сложно, но если попросят, напишу с радостью. Пока для меня главным событием стал «Шуберт-гала». Но здесь каждый концерт, за редким исключением, достоин любого престижного фестиваля, это высочайший уровень.

— Как вам кажется, Пермь — «культурная столица»?

— В дни Дягилевского фестиваля – несомненно. В эти дни здесь концентрируются такие музыканты и такие программы, которые не часто встретишь в Москве и Петербурге. 

Яна Фоменко, пресс-служба Дягилевского фестиваля

Партнеры

Генеральный партнер

Партнер

Информационный партнер

Наверх