«1, 2, 3…»: К.Ф.Э. Бах

Карл Филипп Эмануэль Бах, второй сын Иоганна Себастьяна, был одним из самых влиятельных композиторов своего времени. Его динамичный и субъективно окрашенный "чувствительный стиль” был призван показать подлинные человеческие эмоции в их естественном движении. Филипп Эммануил одним из первых вывел музыку за пределы барокко, расширив её эмоциональный диапазон, внеся резкие перемены текстур и настроений, основанные на принципах риторики и драмы. Его прижизненная репутация была выше, чем у его великого отца. Гайдн, Бетховен, Вебер и Мендельсон коллекционировали его сочинения и учились играть на клавире по его знаменитому педагогическому трактату, а Моцарт утверждал, что его поколение - музыкальные дети Филиппа Эмануэля, и добавлял: "Тот из нас, кто чего-либо стоит, научился у него".

Филипп Эмануэль был известен как "берлинский Бах" благодаря тридцати годам службы при дворе Фридриха Великого, императора Пруссии. Фридрих был компетентным музыкантом. В своем дворце в Потсдаме он устраивал несколько сотен музыкальных вечеров в год. Известная картина Адольфа фон Менцеля изображает один из таких вечеров. На ней в центре композиции мы видим играющего на флейте монарха и аккомпанирующего ему на клавире Филиппа Эмануэля. В каталоге сочинений Баха-сына немало произведений для флейты. Все они были написаны, чтобы звучать при дворе; их первым исполнителем вполне мог оказаться сам император. Некоторые из этих сочинений включены в программу концерта.

Соната Филиппа Эмануэля ля минор, Wq.132 - одно из первых в истории сочинений для флейты соло (другие принадлежат его отцу Иоганну Себастьяну и его крестному отцу Георгу Филиппу Телеману). Она была написана в год завершения строительства Сан-Суси, любимой резиденции императора, и издана 17 лет спустя - по-видимому, втайне от Фридриха, который запрещал печатать и публично исполнять предназначенные для него композиции. Музыка сонаты примечательна сочетанием галантности с субъективностью. Время от времени в ней появляются характерные угловатые мотивы, заставляющие флейту говорить сразу несколькими голосами, а в конце первой и третьей частей мы слышим смелые риторические паузы - целые такты, оставленные полностью пустыми. Порядок частей, в котором за медленной следуют две быстрые подряд, также нетипичен ни для барокко, ни для классиков, но не раз встречается в сонатах Филиппа Эмануэля.

Дуэт для флейты и скрипки углубляет разлом между двумя музыкальным эпохами, уходящей и наступающей. Его первая часть воскрешает дух барочной полифонии. Следом идут две подвижные части, в которых настроения меняются в манере рококо, капризно и прихотливо.

Две трио-сонаты были написаны во время учебы Филиппа Эмануэля в университете (в семье Бахов хорошо знали: университетское образование нужно музыканту, чтобы при дворе к нему не относились как к слуге). В 1747 году они были переработаны, чтобы лучше соответствовать новым музыкальным вкусам. Барочная музыка, пронизанная единым аффектом, будто пытается вырваться в них за отведенные ей пределы. Наиболее заметно это в медленных частях - не случайно считалось, что композиторы "чувствительного стиля" любят Adagio и охотнее всего проявляют свою изобретательность именно в них.