Дягилевский фестиваль откроется двумя выступлениями оркестра musicAeterna под управлением Теодора Курентзиса. В программе – симфонии № 4 Бетховена и № 41 «Юпитер» Моцарта. В этой программе musicAeterna композиторы-классики предстанут в не самых привычных «амплуа». Драматичный бунтарь Бетховен окажется мягким лириком и мастером идиллических жанровых картин, а изящный Моцарт раскроется как волевой художник-монументалист.

Четвертую симфонию Людвига ван Бетховена Роберт Шуман называл «стройной эллинской девушкой между двумя северными исполинами» («Героической» Третьей и драматичной Пятой), а Ромен Роллан сравнивал ее с «чистым цветком, хранящим благоухание самых ясных дней» в жизни Бетховена. Композиторы-романтики особенно любили этот цикл, возможно, за удивительное вступление к первой части: томительные блуждания в сумрачном си-бемоль миноре – темной тональности смерти – постепенно выводят «героя» к свету: мажорному сонатному аллегро. Второе мелодичное Adagio напоминает камерную романтическую песню. Жизнерадостный менуэт и стремительный финал словно перекидывают мост от симфоний позднего Гайдна к фантастическим скерцо Мендельсона и Берлиоза.

Моцарт в симфонии «Юпитер» вместо предромантического трепета – как в знаменитой 40-й симфонии, которая создавалась одновременно с 41-й, – воплощает героико-эпическую стихию в самом бетховенском смысле слова. Торжественная приподнятость музыки в сочетании с ювелирной контрапунктической выделкой и сложными композиционными приемами превращают этот самый крупный симфонический цикл Моцарта в гимн классицизму с его ясностью разума и бодростью духа.

Рубеж XIX-XX веков в европейской музыке – удивительное время, когда в одном концертном поле встречаются и существуют на равных самые разные стили и способы высказывания. В концерте артистов Академии имени Антона Рубинштейна этот эффект проявится в области французской классической песни.

От позднеромантических песен Камиля Сен-Санса, Габриеля Форе и почти забытого сегодня композитора трагической судьбы Анри Дюпарка к импрессионизму Клода Дебюсси, от неоклассической графичности Мориса Равеля к лукавым играм Эрика Сати – камерно-вокальная музыка Франции той поры особенно сложна для исполнения, но не для восприятия.

Этот тонкий, обаятельный, построенный на полутонах и намеках музыкальный мир будет воплощен в форме концерта-перформанса, режиссером которого выступает Елизавета Мороз. Артистки Академии имени Антона Рубинштейна рассказывают сквозную атмосферную историю о любви, красоте и мимолетности, в которую вольются сочинения Дебюсси и Сати для фортепиано и арфы соло.

Программа:

Клод Дебюсси
«Песня Ариэля» | La Romance d'Ariel для голоса и фортепиано на стихи Поля Бурже,  L. 58 (54) (1884)
Солистка: Ивета Симонян

Габриель Форе (1845–1924)
«Пробуждение» | Apres un rêve, № 1 из цикла «Три песни» для голоса и фортепиано на стихи неизвестного автора в французском переводе Ромена Бюссина, op. 7 (1877)
Солистка: Татьяна Бикмухаметова

Эрик Сати (1866–1925)
«Гимнопедия» № 1 | Gymnopédie No. 1 из цикла «3 гимнопедии» для фортепиано, ES. 10 (1888), версия для арфы соло
Луиза Минцаева, арфа

Морис Равель
«Волшебная флейта» | La flûte enchantée, № 2 из цикла «Шехеразада» для голоса и фортепиано на стихи Тристана Клингзора, М. 41 (1903), версия для голоса, фортепиано и флейты
Солистка: Юлия Вакула

Морис Равель
Каддиш, № 1 из цикла «Две еврейские мелодии» для голоса и фортепиано, традиционный текст на арамейском языке, M. A 22 (1914)
Солистка: Ксения Дородова

Клод Дебюсси
«Китайский рондель» | Rondel chinois для голоса и фортепиано на стихи Мариюса Дилларда, L. 17
(1881)
Солистка: Ивета Симонян

Камиль Сен-Санс (1835–1921)
«Гитары и мандолины» | Guitares et mandolines для голоса и фортепиано на стихи собственного сочинения (1890), версия для голоса, арфы и флейты
Солистка: Татьяна Бикмухаметова

Клод Дебюсси
«Прекрасный вечер» | Beau soir  для голоса и фортепиано на стихи Поля Бурже, L. 6 (1880/1890–1891), версия для голоса и арфы Солистка: Юлия Вакула

...Наблюдая за улиткой на склоне...
 
Магическое путешествие сквозь непостижимый Лес.
 
Небольшая группа зрителей покинет Пермь и отправится в неизвестное. Это чуть южнее старой каменоломни, в сторону Нижних Выселок. На автобусе час. На птицах по прямой — быстрее. И станет публика свидетелем и участником древних ритуалов. Правила известны. Слова написаны. Действия указаны. Только вот неизвестно, что случится.
 
Антон Адасинский — режиссер, актер театра и кино, музыкант, хореограф, участник группы «АВИА». Выступал в труппе «Лицедеи» Вячеслава Полунина, снимался в фильмах Александра Сокурова, играл роль Дроссельмейера в балете Мариинского театра «Щелкунчик» в постановке Михаила Шемякина. В 1988 году основал физический театр «Дерево» (Derevo), в котором принципы японского танца буто смешиваются с элементами современного танца, пантомимы, клоунады и мн. др. Театр выступает с перформансами и акциями на известнейших театральных площадках мира, под открытым небом, в цирках, на улицах городов, выпускает собственные музыкальные альбомы, фотокниги и фильмы. 
 
Никита Васильев — студент режиссёрского курса А. Могучего в РГИСИ (Санкт-Петербург). Режиссёрские работы: «Гипнотеатр Бранко Душича» (Театральная площадка «Узел», Санкт-Петербург), «Квартал, скрытый в листве» (фестиваль «Специфик», Нижний Новгород). Магистральный режиссер проекта «Маршрут „Старухи“ — 2025», режиссер эпизодов проекта «Хармс-ёлка» (Музей театрального и музыкального искусства, Санкт-Петербург). Автор документального фильма «Про счастье толпы» (международный кинофестиваль «Кассета с родительской полки»). Участник
лабораторий «Открытая репетиция» (Театр на Таганке) и «Молодая режиссура» (Чайковский театр драмы и комедии). Перформер, актёр в БДТ.

Владимир Мартынов многогранен — это выдающийся композитор, провозгласивший конец времени композиторов; парадоксальный мыслитель; знаток традиций русской духовной музыки и древнекитайской философии; неукротимый экспериментатор, играющий джемы с молодыми электронщиками.

Сотрудничество Мартынова с экспериментальным неоджазовым ансамблем ИНДЕКС III — пожалуй, та его сторона, которой меньше всего ожидаешь от композитора, в этом году отметившего 80-летие. Их новый электроакустический перформанс «31-я гексаграмма», в котором участвует легендарная скрипачка Татьяна Гринденко — соратница композитора и, по версии самого автора, лучший интерпретатор его музыки, — представляет собой захватывающий звуковой поток, где смешиваются разные музыкальные течения: дарк-джаз, эмбиент, IDM, электроакустический нойз, минимализм и современная академическая музыка.

В китайской «Книге Перемен» 31-я гексаграмма «Сянь» — «Взаимодействие» — говорит о побуждении к действию, вдохновении, внезапном притоке энергии, направленной на объединение вещей. У слова «сянь» множество значений: контакт, влияние, побуждение, слияние и соединение — например, астрономическое соединение планет. А в Древнем Китае так называли разбитое керамическое изделие, соединенные половинки которого служили паролем при встрече союзников. Все оттенки значений этой гексаграммы точно отражают суть перформанса.