Программа хора и солистов оркестра musicAeterna под управлением Теодора Курентзиса состоит из крупных сочинений двух современных композиторов – венгерского мэтра Дьёрдя Куртага и эстонского мастера Арво Пярта.

Дьёрдь Куртаг – величина в европейской музыке XX-XXI веков бесспорная. Мало кому из его современников удается найти ту же степень индивидуальности выражения, тот же баланс сурового самоограничения и свободы в обращении со всем наследием европейской музыки от Машо до Бетховена и от Стравинского до Штокхаузена. Музыка Дьёрдя Куртага одновременно экспрессивна и аскетична, полна тайных посланий к друзьям и композиторам прошлого, драматична в театральном смысле – так резки и красноречивы звучащие жесты.

Среди любимых жанровых обозначений композитора – «реквием», «надгробие», «посвящение», «прощание». Цикл «Песни уныния и печали» для хора и инструментов был начат в 1980-м и завершен лишь в 1994 году. Шесть избранных Куртагом стихотворений русских поэтов от Лермонтова до Цветаевой по-разному, но с равным отчаянием трактуют одну и ту же тему: человек (автор) перед лицом надвигающегося небытия. Партитура включает редкие инструментальные тембры: челесту, две фисгармонии, четыре баяна и огромную группу ударных.

Арво Пярт – эстонский классик XX-XXI веков. Отказавшись от музыкального радикализма молодости, композитор выработал собственный язык, сближающий его с минималистами, но основанный на собственной оригинальной композиторской технике, которую Пярт назвал тинтиннабули, «техникой колокольчиков».

Miserere для солистов, хора и инструментального ансамбля – одна из основополагающих работ композитора. В получасовом произведении, оконченном в 1989 году, драматично противопоставляются тексты Псалма 50 и восемь строф из средневековой секвенции Dies Irae («День гнева»). Псалом 50 звучит в неспешном тихом исполнении ансамбля солистов, паузы отделяют друг от друга каждое слово. Композитор так пояснял этот принцип: «Перед каждым словом есть как бы вдох, пауза – как если бы человек произносил слово и сразу же пытался обрести силу для следующего слова. Это цепочка, в которой переплетаются вдохи и выдохи, надежда и отчаяние». В яростной средней части сочинения – разделе Dies irae – Пярт создает эффект «структурированного хаоса» с помощью средневековой техники мензурального канона, где одна и та же тема проводится в пяти разных темпах. Вслед за вопросом из седьмой строфы Dies irae «Что тогда скажу я, несчастный, кого попрошу в защитники, когда даже праведник не будет в безопасности?» продолжается покаянный псалом. В финале звучит восьмая строфа «Дня гнева»: вопреки многовековой традиции композитор трактует ее как услышанную молитву, обещание примирения с Богом.

Французский классик XX века Франсис Пуленк написал оперу для одной исполнительницы «Человеческий голос» в 1958 году. В ее основу легло либретто Жана Кокто по мотивам его же одноименной пьесы 1928 года. Как и драматическая монопьеса, опера, позволяющая самые разные сценические интерпретации, стала репертуарным хитом в Европе и России.

Соединить глубину человеческого голоса с отчаянной правдой человеческого тела в опере Пуленка решил Андрей Кайдановский – один из самых интересных хореографов поколения 40-летних. Воспитанный на стыке русской и европейской театральной и балетной традиции, он уже больше десяти лет работает как хореограф. В его спектаклях гротеск гармонично соединяется с нежностью, эстетика театра – с динамикой кино, понимание традиций – с последовательным поиском собственного языка.

Две стороны одной души хореограф и режиссер увидел в двух петербургских артистках – певице Юлии Маточкиной и танцовщице Дарье Павленко. Обе – звезды международной сцены первой величины, каждая – с собственным неповторимым образом. Юлия Маточкина – солистка Мариинского театра, лауреат XV Международного конкурса им. П. И. Чайковского (премия Casta Diva), приглашенная солистка Метрополитен Оперы, Большого театра России, театра Ла Скала, Баварской оперы и др. Дарья Павленко – Заслуженная артистка России, прима-балерина Мариинского Театра (до 2018 года), многократный лауреат премий «Золотая маска», «Золотой софит» и др., приглашенная солистка Танцтеатра Вупперталь Пины Бауш. Объединяет двух артисток абсолютное отсутствие актерского страха, талант испепеляющей откровенности на сцене, стремление дойти до сути.

Андрей Кайдановский назвал свою версию «хореографической оперой». Речитативный монолог женщины, которая прощается с возлюбленным по телефону, он развел, точно телефонный кабель, по двум линиям: внутренний голос отдан пластике, внешний – пению. Автор идеи поясняет замысел: «Перед нами два персонажа, которые на самом деле становятся одним человеком. Всё как в жизни: после болезненного расставания сердце рвется на части и толкает тебя в бездну, тогда как голова старается заставить собраться. Мы видим два взгляда на одну историю покинутой женщины. Мы наблюдаем борьбу сердца и разума. Сценическое действие развивается как самостоятельная линия и придает дополнительные смыслы драме Жана Кокто и Франсиса Пуленка».

Танцевальная труппа musicAeterna Танец / musicAeterna Dance создала новый спектакль «Землетрясение» вместе с хореографом Ю Стремгреном, одним из ведущих мастеров современного танца Норвегии и – шире – Европы. Хореограф и драматург, киносценарист и сценограф, Ю Стремгрен – автор около 200 постановок, которые показывались в 68 странах. В 2000 году в Калининграде состоялся его российский дебют, и с тех пор он поставил около 20 работ в разных городах страны, включая спектакли для танцевальной компании «Балет Москва» и труппы Московского драматического театра им. А. С. Пушкина.

Никакая природная катастрофа – даже землетрясение – не может помешать встрече с высоким искусством. Однако постепенно в привычные и понятные действия собравшихся на традиционный концерт вкрадываются искажения, странности, абсурдные события… Сможет ли музыка удержать маленький мир, в котором она звучит?

Для размышлений об этом Ю Стремгрен избрал классический музыкальный материал – романсы Сергея Рахманинова: «Все свои романсы Рахманинов написал до отъезда в Америку. После – ничего. Значит ли это, что романсы указывают на нечто «настоящее», что было утрачено? Все ли мы тоскуем по чему-то «настоящему»? Я не знаю. Я также часто думаю о том, как мы сухи и практичны в жизни, но становимся мягкими и эмоциональными, когда слышим музыку, смотрим фильм, видим танец. Обращаться к искусству – все равно что вспоминать что-то хорошее, когда жизнь трудна. Это не только способ убежать от реальности. Воспоминания о «настоящем» дают надежду на будущее».

В спектакле прозвучат сочинения Сергея Рахманинова (1873–1943):
«Сумерки», op. 21, № 3
«Отрывок из А. Мюссе», op. 21, № 6
«Мелодия», op. 21, № 9
«В молчаньи ночи тайной», op. 4, № 3
«Муза», op. 34, № 1
«Сей день я помню», op. 34, № 10
Вокализ, op. 34, № 14
Запись в исполнении сопрано Надежды Павловой и оркестра musicAeterna, дирижер Теодор Курентзис
«Сон», op. 8, № 5
«Они отвечали», op. 21, № 4
«Смеркалось», T52/2
Запись в исполнении тенора Кирилла Нифонтова и пианистки Саши Листовой
«Не пой, красавица, при мне», op. 4, № 4
«О, нет, молю, не уходи...», op. 4, № 1
Элегия, op. 3, № 1
«Весенние воды», op. 14, № 11

Танцевальная труппа фестиваля Context. Diana Vishneva представляет спектакль «Хора». Это постановка 2009 года, которую прославленный израильский хореограф Охад Наарин перенес в Москву и поставил с танцовщиками труппы в марте 2026-го.

Хорос с греческого – танец, хоровод. Для израильтян у этого слова есть и свое, очень важное значение: хора – танец еврейского возрождения, хоровод, объединяющий души. «Хора» Охада Нахарина – парафраз этого танца и свой, особый взгляд на возрождение и созидание.

Шира Витали: «В 1974 году японский композитор Исао Томита выпустил альбом «Танцующие снежинки» (Snowflakes Are Dancing), полностью изменивший канон программирования электронной музыки. 35 лет спустя Охад Наарин представил спектакль «Хора» – пьесу для 11 танцовщиков, вдохновленную музыкой Томиты. Подобно композитору, который переосмыслил знакомые классические произведения Клода Дебюсси с помощью синтезатора, Наарин помещает нас между хорошо знакомым и абсолютно неизведанным. Хора – это вечнозеленый пузырь, существующий вне времени и пространства, одновременно природный и синтетический, постоянный и непрерывно меняющийся. Герои спектакля постигают новый телесный язык, который, впрочем, основан на знакомых пластических цитатах. 11 танцовщиков воплощают всю красоты борьбы за индивидуальность, даже сливаясь в абсолютное единство. Опираясь на фольклор, они разрушают его, создавая новые хореографические коды; исследуют территории тела, желая быть проявленными».

Охад Наарин — хореограф и создатель пластического языка движений гага. Родившись в 1952 году в кибуце Мизра на севере Израиля, свою танцевальную карьеру он начал в труппе Батшева Данс (Batsheva Dance) в 1974-м, а в качестве постановщика дебютировал в Нью-Йорке в 1980 году. Спустя десять лет Наарин был назначен художественным руководителем танцевальной труппы «Батшева» и основал ее молодежное подразделение «Батшева — Молодой ансамбль». Он создал более тридцати работ для обеих трупп, а также постановки для других компаний, включая Нидерландский театр танца (NDT), балет Парижской оперы, Большой канадский балет Монреаля и многих других танцевальных трупп по всему миру. Помимо работы на сцене, Наарин разработал систему Гага (Gaga) — инновационную методику исследования движений и ежедневных тренировок танцоров «Батшевы», которая получила распространение по всему миру как среди танцоров, так и среди людей, не занимающихся танцами. После почти 30 лет руководства труппой Батшева Данс (Batsheva Dance) Охад ушел с поста художественного директора в 2018 году, однако продолжает работать с компанией в качестве штатного хореографа. «Батшева» также продолжает оставаться для Наарина местом, где он проводит исследования, разработку и преподавание гаги.

Труппа Контекст (Context) была создана в 2022 году по инициативе фестиваля современной хореографии Context. Diana Vishneva. Коллектив объединил танцовщиков, обладающих не только высокой исполнительской техникой и творческими амбициями, но и широтой творческих взглядов и готовностью к развитию и экспериментам. За четыре года существования танцевальная компания представила множество премьер на сценах Большого театра, БДТ им. Г.А. Товстоногова, Театра Ермоловой, Электротеатра Станиславский; успела поработать с такими российскими хореографами, как Павел Глухов, Ольга Лабовкина, Олег Степанов, Анна Щеклеина, Алексей Рукинов, Рима Пипоян, Кирилл Радев и другими. В рамках 14-го сезона фестиваля труппа Контекст (Context) представила российскую премьеру спектакля «Хора» классика современного танца Охада Наарина.